Если бы моя принципиальность имела живое воплощение, она неприменно была бы лицемерной монашкой, во время молитвы грезящей о доминантном нагибателе. Даже непостоянность могла обрести какую-никакую стабильность в сравнении с эстетически выгравированной лживостью. Меня она кормит иллюзиями о том, что существует, в то время как всем остальным показывает свой голый зад и благополучно удаляется, выставляя наивную простушку посмешищем. Чего и следовало ожидать от моего внутреннего содержимого – сука и только. Это к тому, что, сколько бы я не повторяла одно и тоже, каждый последующий раз остаётся непредсказуемым. Не в смысле того, что вся такая из себя фортуна или человек-настроение, мне попросту глубоченно похуй и исход событий я предпочту выбрать рандомно.
То же происходит и сейчас. Его появление на пороге моей берлоги есть не что иное, как подарок судьбы, мол, что, детка, ты будешь делать теперь? Посмотрим.
Брон что-то там сказал по поводу подарочной упаковки. Но, будем реалистами, в случае чего, он будет первым, кто тут вообще что-то с кого-то снимет. А я как благоразумная, благочестивая дева воздержусь от ответа, сохранив нотку таинственности, ага. Это же так на меня похоже.
Брауни по-хозяйски расположился на кухне, так естественно, что я бы не удивилась, попросив он почистить ему ботинки или принести пепельницу и сигару. А я как радушный хиппи мнительно улыбаюсь, ведь, «мой дом – ваш дом» или как там у них заведено.
Человек, хоть изредка ночующий в притонах, понимает, что «мой дом» весьма и весьма распространённый термин, в смысле, что распространяется на любой обшарпанный диван, - если повезёт, - на раскладушку, захлопывающуюся от веса больше двадцати килограмм, тёплая батарея – как вариант, в общем, дом – понятие собирательное. Так что, милости прошу, сладкий.
- Ты ставишь это под сомнение? Глупо с твоей стороны, – кинула я через плечо, ставя на плиту чайник из рода свистячих. Стоило мне обернуться, он оказался слишком близко. Ну а что, не впервой.
- Сиськи, конечно, попизже будут, - я облизала нижнюю губу, и, дождавшись, когда он отойдёт, наконец, выдохнула. На самом деле, то, что задержала дыхание и на несколько секунд оцепенела, я заметила уже после.
Квартиру пронзил препротивный свист чайника, я развернулась, чтобы выключить, слизывая с лица защемлённый нерв. Учитывая, что пользуюсь я одним набором посуды, моя кружка всегда стоит на раковине или подоконнике, за второй пришлось лезть в верхнюю дверцу единственного кухонного шкафчика. Мне никто не помог, естественно.
Я бросила на Брона недовольный взгляд, или, как мне казалось, недовольный. Будь он романтиком, непременно отыскал бы в нём нежность, понимание и чайные нотки гибискуса. Впрочем, прямолинейность – мое кредо. Такое же неотъемлемое и постоянное, как всё остальное.
- Из нас двоих, клоун ты, Брауни, это скорее по твоей части.
Я поставила на стол две кружки чая и пол-литровую полупустую стеклянную бутылку без этикеток с мутной консистенцией шоколадного цвета: - Элитное пойло, Брон, не брезгуй. Кстати, я не люблю сладкое, чтоб ты знал, - на несколько секунд задержав внимание, на источающем приторно-ванильный запах бумажном пакете, добавила, - особенно крем.
Да, саму заставило усмехнуться.
Отредактировано nell (2014-01-19 20:38:30)